Ветеран СВО Артём Криницын: «Там жизнь отмеряли секунды»

18 апреля 2026

Защитники Отечества

Ветеран СВО Артём Криницын: «Там жизнь отмеряли секунды»

Кировчанин – участник боев за Бахмут рассказал, как воевал в составе ЧВК «Вагнер».

Почти три года назад, в конце мая 2023-го, завершились бои за Артёмовск (Бахмут). Сражение стало одним из самых кровопролитных и продолжительных с начала СВО. Основная тяжесть легла на бойцов ЧВК «Вагнер», которым противостояли элитные подразделения ВСУ и спецсоединения.

Кировчанин Артём Криницын (позывной Согды) оказался в Бахмуте как раз в то время. Контракт с ЧВК он подписал в январе 2023-го и через полтора месяца попал в самое пекло. Был штурмовиком, миномётчиком, командиром штурмового отделения.

– Нас сразу предупредили, что направят в штурмовики, дисциплина будет строжайшая, никаких снисхождений, – вспоминает Артём. – Весь январь мы занимались с инструкторами, затем три недели – в полях.

В марте нас привезли на пункт временной дислокации (ПВД). Далее шли пешком до самого Бахмута. Миновали частный сектор, и тут по нам начали лупить миномёты. Едва успели забежать в подвал! Так нас встретил Бахмут, в не столь давнем прошлом город шампанских вин и роз, культурный и исторический центр Донбасса...

В нашем отделении было три группы: первая забегает, вторая помогает, третья несёт боекомплект. Штурм всегда начинался в пять утра. Выбив противника, мы должны были удерживать позицию; порой там и приходилось ночевать – прямо на бетоне. Впрочем, яростные городские бои не особенно располагали к отдыху, спать удавалось урывками, на ходу. Штурм за штурмом, зачистка, снова штурм – и так целый месяц без продыха.

Во время штурма страх уходил, я даже не чувствовал своего тела. А когда бой был позади, падал и не мог встать. Особенно болели колени, локти – от перегрузок. Наш командир с позывным Игайло умер от остановки сердца. Оно не выдержало постоянного напряжения и дикого ритма.

Из штурмовиков меня направили в миномётчики. На срочной службе в Северной Осетии в 2007–2009 годах я был командиром миномётного отделения, так что опыт имел. Неделю работал на «Васильке» – был наводчиком и заряжающим. Но штурмовиков в Бахмуте не хватало, и меня снова отправили на зачистку города. Каждый дом, подъезд, этаж и квартира представляли собой укреплённые боевые позиции. Поэтому зачищать надо было буквально каждый метр. Сначала – подвальные помещения, чтоб оттуда не ударили в спину, затем – бегом наверх, с этажа на этаж.

На одном из заданий зачищали дома в районе аллеи Роз (типа нашего Октябрьского проспекта). Но подобраться к ним было невозможно – нас непрерывно поливали огнём, закидывали минами. Тогда решено было устроить дымовую завесу. Благодаря ей аллею Роз мы одолели.

Следующая задача – взять пятиэтажку. Моей группе выходить первой. Стрельба не прекращается. Командир приказал мне: «Бери лестницу, залезай через окно, за тобой пойдут остальные». Через несколько минут новая команда – зачистить ещё одно 2-этажное здание. В подвале находим семью: мать, отец, сын – все еле живы, но передвигаться ещё могут. Эвакуировали их.

Во время очередной зачистки дома противник начал атаковать. Я сказал своей группе: «Сейчас бросаю гранату, прохожу вдоль стены, вы – через несколько секунд за мной». Прошёл, оглядываюсь, а парни не двинулись, и с места начали кидать гранаты: одна прилетела в стену, другая чуть не в меня... В конце концов эту точку мы взяли, причём почти без потерь – с одним «трёхсотым». Но я сильно рассердился. Потому что при выполнении боевой задачи отряд должен быть единым организмом, иначе исход операции непредсказуем.

Последний мой штурм – взятие двух пятиэтажек – был настолько тяжёлым, что больно вспоминать. Казалось, конец. Там я ощутил, как секунды пульсируют в висках. Но всемером мы взяли пятиэтажки под свой контроль, а я получил ранение в руку.

Полевой медик не позволил мне остаться в Бахмуте, сказал, что кость может загноиться, надо эвакуироваться. Меня отправили в госпиталь в Луганск, затем в Анапу. Пока гипс не сняли, руку не восстановили, медалями «За отвагу» и вагнеровскими «Чёрным крестом», «За взятие Бахмута» и другими не наградили, домой меня не отпустили.

Первое время здесь я находился в прострации. Не понимал, как люди могут жить спокойно, размеренно, безмятежно... Через месяц приступил к работе в строительной фирме, занялся оформлением фасадов зданий. Одним из первых вступил в Ассоциацию ветеранов СВО, стал учиться по Президентской программе «Время героев». Вернулся в мирную жизнь, но о том, что прошёл, помню.

Записала Наталья Владимирова
Фото автора и vk.com/krooveteran

Теги: 

Картинка для анонса: Array

Детальное описание: 

Почти три года назад, в конце мая 2023-го, завершились бои за Артёмовск (Бахмут). Сражение стало одним из самых кровопролитных и продолжительных с начала СВО. Основная тяжесть легла на бойцов ЧВК «Вагнер», которым противостояли элитные подразделения ВСУ и спецсоединения.

Кировчанин Артём Криницын (позывной Согды) оказался в Бахмуте как раз в то время. Контракт с ЧВК он подписал в январе 2023-го и через полтора месяца попал в самое пекло. Был штурмовиком, миномётчиком, командиром штурмового отделения.

– Нас сразу предупредили, что направят в штурмовики, дисциплина будет строжайшая, никаких снисхождений, – вспоминает Артём. – Весь январь мы занимались с инструкторами, затем три недели – в полях.

В марте нас привезли на пункт временной дислокации (ПВД). Далее шли пешком до самого Бахмута. Миновали частный сектор, и тут по нам начали лупить миномёты. Едва успели забежать в подвал! Так нас встретил Бахмут, в не столь давнем прошлом город шампанских вин и роз, культурный и исторический центр Донбасса...

В нашем отделении было три группы: первая забегает, вторая помогает, третья несёт боекомплект. Штурм всегда начинался в пять утра. Выбив противника, мы должны были удерживать позицию; порой там и приходилось ночевать – прямо на бетоне. Впрочем, яростные городские бои не особенно располагали к отдыху, спать удавалось урывками, на ходу. Штурм за штурмом, зачистка, снова штурм – и так целый месяц без продыха.

Во время штурма страх уходил, я даже не чувствовал своего тела. А когда бой был позади, падал и не мог встать. Особенно болели колени, локти – от перегрузок. Наш командир с позывным Игайло умер от остановки сердца. Оно не выдержало постоянного напряжения и дикого ритма.

Из штурмовиков меня направили в миномётчики. На срочной службе в Северной Осетии в 2007–2009 годах я был командиром миномётного отделения, так что опыт имел. Неделю работал на «Васильке» – был наводчиком и заряжающим. Но штурмовиков в Бахмуте не хватало, и меня снова отправили на зачистку города. Каждый дом, подъезд, этаж и квартира представляли собой укреплённые боевые позиции. Поэтому зачищать надо было буквально каждый метр. Сначала – подвальные помещения, чтоб оттуда не ударили в спину, затем – бегом наверх, с этажа на этаж.

На одном из заданий зачищали дома в районе аллеи Роз (типа нашего Октябрьского проспекта). Но подобраться к ним было невозможно – нас непрерывно поливали огнём, закидывали минами. Тогда решено было устроить дымовую завесу. Благодаря ей аллею Роз мы одолели.

Следующая задача – взять пятиэтажку. Моей группе выходить первой. Стрельба не прекращается. Командир приказал мне: «Бери лестницу, залезай через окно, за тобой пойдут остальные». Через несколько минут новая команда – зачистить ещё одно 2-этажное здание. В подвале находим семью: мать, отец, сын – все еле живы, но передвигаться ещё могут. Эвакуировали их.

Во время очередной зачистки дома противник начал атаковать. Я сказал своей группе: «Сейчас бросаю гранату, прохожу вдоль стены, вы – через несколько секунд за мной». Прошёл, оглядываюсь, а парни не двинулись, и с места начали кидать гранаты: одна прилетела в стену, другая чуть не в меня... В конце концов эту точку мы взяли, причём почти без потерь – с одним «трёхсотым». Но я сильно рассердился. Потому что при выполнении боевой задачи отряд должен быть единым организмом, иначе исход операции непредсказуем.

Последний мой штурм – взятие двух пятиэтажек – был настолько тяжёлым, что больно вспоминать. Казалось, конец. Там я ощутил, как секунды пульсируют в висках. Но всемером мы взяли пятиэтажки под свой контроль, а я получил ранение в руку.

Полевой медик не позволил мне остаться в Бахмуте, сказал, что кость может загноиться, надо эвакуироваться. Меня отправили в госпиталь в Луганск, затем в Анапу. Пока гипс не сняли, руку не восстановили, медалями «За отвагу» и вагнеровскими «Чёрным крестом», «За взятие Бахмута» и другими не наградили, домой меня не отпустили.

Первое время здесь я находился в прострации. Не понимал, как люди могут жить спокойно, размеренно, безмятежно... Через месяц приступил к работе в строительной фирме, занялся оформлением фасадов зданий. Одним из первых вступил в Ассоциацию ветеранов СВО, стал учиться по Президентской программе «Время героев». Вернулся в мирную жизнь, но о том, что прошёл, помню.

Записала Наталья Владимирова
Фото автора и vk.com/krooveteran

Детальная картинка: Array

Количество показов: 154