Остросюжетная судьба Петра Алабина

29 марта 2026

Культура

Остросюжетная судьба Петра Алабина

Про общественного деятеля, писателя, воина, почётного гражданина Вятки, Самары и Софии рассказал краевед Алексей Фоминых.

Про общественного деятеля, писателя, воина, почётного гражданина Вятки, Самары и Софии рассказал краевед Алексей Фоминых.

Жизнь Петра Алабина (1824–1896), полная неожиданных поворотов, приключений, невероятных историй, семейного счастья и трагедий, достойна увлекательного романа в жанре «Трёх мушкетёров» Дюма и многосерийного фильма, уверен Алексей.

Свою встречу со студентами педколледжа ВятГУ в Гриновке он начал с пейзажа Ивана Шишкина «Ананьинский могильник», написанного художником по заказу отца, городничего Елабуги.

«Вятская Троя»

Шишкина-старшего взволновала судьба холма в д. Ананьино, где крестьяне находили какие-то штуковины: то бронзовый топор, то бронзовую завитушку. Городничий отправлял письма в вышестоящие инстанции с просьбой исследовать территорию. Но никто не реагировал, пока в 1857 г. в Вятку не прибыл Пётр Алабин.

Ему было 33 года, позади учёба в Императорском коммерческом училище Санкт-Петербурга, служба в армии, участие в Крымской войне и обороне Севастополя, семь боевых наград, публикации в печати, верная жена Варвара и четверо детей.

В Вятке Алабина определили помощником управляющего казённой палатой. Он отвечал за налоги, сборы, ремёсла. Казалось бы, археологические раскопки никоим образом не входили в круг его обязанностей. Однако в 1858-м под руководством Петра Владимировича начались раскопки Ананьинского могильника – «Вятской Трои», где нашлось много редкостей: скифские мечи, боевые и ритуальные топорики, керамика и пр.

С раскопками надо было спешить – река быстро смывала исторические слои, и «Вятская Троя» могла стать «Вятской Атлантидой». Алабин отправил в Археологическую комиссию Петербурга наиболее ценные находки вместе с отчётом о проделанной работе.

«Ананьинскую цивилизацию» датировали VIII веком до н.э. – это время Гомера, египетских фараонов и строительства пирамид. Позднее Алабин провёл и другие раскопки, первым дал описание многим археологическим памятникам губернии и приступил к составлению первой археологической карты вятского края.

Гуляя по Вятке, Пётр Владимирович заинтересовался старым посадским валом (в парке «Аполло»), остатками деревянного кремля, подземными ходами. От старожилов узнал, что из Раздерихинского оврага шёл ход под возвышенный правый берег реки Вятки, ныне занятый Александровским садом, зданиями присутственных мест, женским монастырём. Старожилы вспоминали, что в 1850-е был найден истлевший порох и несколько каменных ядер – хлыновские предки держали боеприпасы в подземном ходе на случай схватки с врагом.

Дом муз

Главным детищем Алабина в Вятке стало создание публичного музеума (дома муз). Как-то зайдя в библиотеку, располагавшуюся на ул. Спасской (на этом месте построили Общественный банк Веретенникова), Пётр Владимирович ужаснулся: книги не систематизированы, часть фонда разворована, помещение сырое. И начал искать более подходящее место. В 1863 г. за три тысячи рублей серебром было приобретено здание купца Машковцева, куда переехала библиотека (там и сейчас располагается Герценка).

Пётр Владимирович выписал книги – не только художественные, но и справочники по земледелию, ремёслам и др. В 1866 г. в здании вместе с библиотекой расположился музеум. Среди экспонатов – кости древних животных, минералы, древние монеты, вятские ремёсла. Вход был бесплатный.

В 1861 г. в свет вышла книга Алабина «Походные записки» в двух томах, где он рассказывал о своём участии в Крымской войне. Позднее историки, писатели брали сведения из книги Алабина. Он первым написал об адмиралах Корнилове, Нахимове, Истомине, простых матросах, сражениях, своём знакомстве с Львом Толстым – страстном картёжнике и тогда ещё не известном литераторе.

В 1869 году Пётр Владимирович выступил с идеей создания музея Севастопольской обороны (ныне Военно-исторический музей Черноморского флота России). Начал собирать сведения об участниках обороны Севастополя и Крымской войны.

В 1866-м Алабину было присвоено звание почётного гражданина Вятки, и в тот же год он отбыл в Самару.

Взлёты и падения

Алабин дважды исполнял обязанности самарского губернатора, также успел побыть городским головой, руководителем палаты госимуществ, гласным гордумы и почётным мировым судьёй.

Стал он и губернатором Софии в 1877-м, помогая там наводить порядок после войны с Турцией. Одна из улиц болгарской столицы и ныне носит его имя.

В 1884 году вернувшийся в Самару Алабин был избран городским головой. При нём появились водопровод, метеостанция, театр, библиотека, телефонная станция, целый ряд промышленных предприятий, железная дорога.

Однако в жизни Петра Владимировича случились «тёмные страницы» – он оказался одним из фигурантов так называемого гнилого дела. В 1891 г. всё среднее и нижнее Поволжье поразила сильнейшая засуха, последовал неурожай и голод. По указу Александра III правительство выделило средства для помощи голодающим, в том числе Самарской губернии – на все про всё 4,4 млн рублей.

По подсчётам Алабина, денег нужно было минимум в два раза больше. Тогда он решил купить дешёвое низкосортное зерно, чтобы обеспечить как можно больше народа. Благие намерения вышли боком. Зерно, купленное через самарского купца у одесской конторы «Луи Дрейфус», оказалось смесью отрубей, семян хлебных сорняков и пыли.

Алабин качество зерна лично не проверял. В итоге «гнилой товар» привёл к массовым отравлениям. Проверкой ненадлежащего использования казённых средств занялась спецкомиссия минюста. Суд оправдал Алабина, но прокурор решение опротестовал. До нового суда Пётр Владимирович не дожил.

Был похоронен в семейной усыпальнице на территории Иверского монастыря, где также упокоились его супруга, дети, зять – архитектор Александр Щербачёв.

Однако в 2018 г. во время археологических раскопок останков самого Алабина и большинства его близких в склепе не обнаружили. Нашли лишь частично сохранившийся вскрытый цинковый гроб с останками предположительно дочери Алабина. А ещё груды мусора.

Наталья Владимирова

Фото КОКМ, ЦГАКО

Теги: 

Картинка для анонса: Array

Детальное описание: 

Про общественного деятеля, писателя, воина, почётного гражданина Вятки, Самары и Софии рассказал краевед Алексей Фоминых.

Жизнь Петра Алабина (1824–1896), полная неожиданных поворотов, приключений, невероятных историй, семейного счастья и трагедий, достойна увлекательного романа в жанре «Трёх мушкетёров» Дюма и многосерийного фильма, уверен Алексей.

Свою встречу со студентами педколледжа ВятГУ в Гриновке он начал с пейзажа Ивана Шишкина «Ананьинский могильник», написанного художником по заказу отца, городничего Елабуги.

«Вятская Троя»

Шишкина-старшего взволновала судьба холма в д. Ананьино, где крестьяне находили какие-то штуковины: то бронзовый топор, то бронзовую завитушку. Городничий отправлял письма в вышестоящие инстанции с просьбой исследовать территорию. Но никто не реагировал, пока в 1857 г. в Вятку не прибыл Пётр Алабин.

Ему было 33 года, позади учёба в Императорском коммерческом училище Санкт-Петербурга, служба в армии, участие в Крымской войне и обороне Севастополя, семь боевых наград, публикации в печати, верная жена Варвара и четверо детей.

В Вятке Алабина определили помощником управляющего казённой палатой. Он отвечал за налоги, сборы, ремёсла. Казалось бы, археологические раскопки никоим образом не входили в круг его обязанностей. Однако в 1858-м под руководством Петра Владимировича начались раскопки Ананьинского могильника – «Вятской Трои», где нашлось много редкостей: скифские мечи, боевые и ритуальные топорики, керамика и пр.

С раскопками надо было спешить – река быстро смывала исторические слои, и «Вятская Троя» могла стать «Вятской Атлантидой». Алабин отправил в Археологическую комиссию Петербурга наиболее ценные находки вместе с отчётом о проделанной работе.

«Ананьинскую цивилизацию» датировали VIII веком до н.э. – это время Гомера, египетских фараонов и строительства пирамид. Позднее Алабин провёл и другие раскопки, первым дал описание многим археологическим памятникам губернии и приступил к составлению первой археологической карты вятского края.

Гуляя по Вятке, Пётр Владимирович заинтересовался старым посадским валом (в парке «Аполло»), остатками деревянного кремля, подземными ходами. От старожилов узнал, что из Раздерихинского оврага шёл ход под возвышенный правый берег реки Вятки, ныне занятый Александровским садом, зданиями присутственных мест, женским монастырём. Старожилы вспоминали, что в 1850-е был найден истлевший порох и несколько каменных ядер – хлыновские предки держали боеприпасы в подземном ходе на случай схватки с врагом.

Дом муз

Главным детищем Алабина в Вятке стало создание публичного музеума (дома муз). Как-то зайдя в библиотеку, располагавшуюся на ул. Спасской (на этом месте построили Общественный банк Веретенникова), Пётр Владимирович ужаснулся: книги не систематизированы, часть фонда разворована, помещение сырое. И начал искать более подходящее место. В 1863 г. за три тысячи рублей серебром было приобретено здание купца Машковцева, куда переехала библиотека (там и сейчас располагается Герценка).

Пётр Владимирович выписал книги – не только художественные, но и справочники по земледелию, ремёслам и др. В 1866 г. в здании вместе с библиотекой расположился музеум. Среди экспонатов – кости древних животных, минералы, древние монеты, вятские ремёсла. Вход был бесплатный.

В 1861 г. в свет вышла книга Алабина «Походные записки» в двух томах, где он рассказывал о своём участии в Крымской войне. Позднее историки, писатели брали сведения из книги Алабина. Он первым написал об адмиралах Корнилове, Нахимове, Истомине, простых матросах, сражениях, своём знакомстве с Львом Толстым – страстном картёжнике и тогда ещё не известном литераторе.

В 1869 году Пётр Владимирович выступил с идеей создания музея Севастопольской обороны (ныне Военно-исторический музей Черноморского флота России). Начал собирать сведения об участниках обороны Севастополя и Крымской войны.

В 1866-м Алабину было присвоено звание почётного гражданина Вятки, и в тот же год он отбыл в Самару.

Взлёты и падения

Алабин дважды исполнял обязанности самарского губернатора, также успел побыть городским головой, руководителем палаты госимуществ, гласным гордумы и почётным мировым судьёй.

Стал он и губернатором Софии в 1877-м, помогая там наводить порядок после войны с Турцией. Одна из улиц болгарской столицы и ныне носит его имя.

В 1884 году вернувшийся в Самару Алабин был избран городским головой. При нём появились водопровод, метеостанция, театр, библиотека, телефонная станция, целый ряд промышленных предприятий, железная дорога.

Однако в жизни Петра Владимировича случились «тёмные страницы» – он оказался одним из фигурантов так называемого гнилого дела. В 1891 г. всё среднее и нижнее Поволжье поразила сильнейшая засуха, последовал неурожай и голод. По указу Александра III правительство выделило средства для помощи голодающим, в том числе Самарской губернии – на все про всё 4,4 млн рублей.

По подсчётам Алабина, денег нужно было минимум в два раза больше. Тогда он решил купить дешёвое низкосортное зерно, чтобы обеспечить как можно больше народа. Благие намерения вышли боком. Зерно, купленное через самарского купца у одесской конторы «Луи Дрейфус», оказалось смесью отрубей, семян хлебных сорняков и пыли.

Алабин качество зерна лично не проверял. В итоге «гнилой товар» привёл к массовым отравлениям. Проверкой ненадлежащего использования казённых средств занялась спецкомиссия минюста. Суд оправдал Алабина, но прокурор решение опротестовал. До нового суда Пётр Владимирович не дожил.

Был похоронен в семейной усыпальнице на территории Иверского монастыря, где также упокоились его супруга, дети, зять – архитектор Александр Щербачёв.

Однако в 2018 г. во время археологических раскопок останков самого Алабина и большинства его близких в склепе не обнаружили. Нашли лишь частично сохранившийся вскрытый цинковый гроб с останками предположительно дочери Алабина. А ещё груды мусора.

Наталья Владимирова

Фото КОКМ, ЦГАКО

Детальная картинка: Array

Количество показов: 71