Заглянуть за…

20 марта 2024

Здоровье

Заглянуть за…

Ольга Фатеева – судмедэксперт и писатель.

Ольга Фатеева – судмедэксперт и писатель

Недавно в Кирове побывала автор нашумевшей книги «Скоропостижка». Пригласил Ольгу Театр на Спасской, предваряя премьеру «Записок юного врача» по Булгакову 16+.

На встрече в Герценке она прочитала лекцию «Счастливые люди. Книги о врачах, пациентах и теле, которые вы могли пропустить». Название – в честь книги Джона Бёрджера «Счастливый человек».

Ольга Фатеева училась на филфаке МГУ, окончила медвуз, литературные курсы. И первая же её книга «Скоропостижка» в жанре нон-фикшн попала в шорт-лист премии «Здравомыслие» в 2020 г. Ольга выступает на различных ютуб-площадках, на портале «Такие дела» в проекте «Спроси и сохрани», на очереди - подкаст «Простые смертные».

Она напомнила об изданиях, что относят к литературному медицинскому канону, и составила список книг, которые произвели на неё большое впечатление и могут быть интересны и полезны другим (см. ниже). А ещё ответила на вопросы читателей.

- Ольга, на искусство вы тоже смотрите с позиции судмедэксперта? Например, «Иван Грозный убивает своего сына» - тупая травма головы…

- Я в первую очередь обращаю внимание на то, что меня увлекает: на характер героя, созданную историю, атмосферу. Тогда я не копаюсь в вопросах достоверности, судмедэксперт выключается.
Как только я не верю героям, происходящему в книге или на экране, эксперт во мне включается автоматически. Я начинаю думать, что так не бывает. Любимый пример - сериал «След» (18+). Недавно на мероприятии, посвящённом детективам, встречалась с Александрой Марининой и Евгенией Кретовой, юристом, криминалистом. Они тоже сказали: так не бывает в принципе.
Другой пример - трёхтомник Марининой «Оборванные нити». Мне он кажется скучным с точки зрения истории, но написано с соблюдением достоверности и деталей работы судмедэксперта.

Я с удовольствие читаю про Шерлока Холмса, обожаю Мисс Марпл и отца Брауна. Совершенно не задумываюсь, что там очень мало пригодных для суда доказательств и выводы сыщиков основаны на минимальных деталях, из которых можно составить противоположную историю. Британский сериал «Шерлок», который далёк от реальности с медицинской и криминалистической точек зрения, тоже любила смотреть. И герой, и актёр прекрасны (16+).

Что касается моих любимых произведений – это все варианты «Плясок смерти», бесконечный ряд для рассматривания и интерпретации. Люблю работы современных фотографов Лауры Макабреску, Дэвида Войнаровича, про которого пишет в своих книгах Оливия Лэнг, серию «Морг» Андреса Серрано.

- Есть ли у вас любимые фильмы про врачей?
- Нет специального интереса, чтобы смотреть фильмы про врачей. Вспоминается «Морфий», но это больше, чем история врача. Я поздно познакомилась с творчеством Алексея Балабанова. Собиралась делать работы по «Брату» и посмотрела практически всё, что снял режиссёр. 18+ Вполне себе эмоционально воздействует, может растрогать.

- Когда человек в критической ситуации, вокруг хаос, он боится за себя или близких, стоит ему читать о жизни, смерти, болезни? Или отложить такие книги, чтобы не усугублять невротичность?
- Универсального совета нет, такие книги могут сыграть в две противоположные стороны. А со своим состоянием нужно по возможности разбираться со специалистом, не забывать о фармакологии.
Лично я буду читать, погружаться в это. Моя стратегия: дохожу до дна, потом всплываю - не могу по-другому. У меня подход, который называю филологическим: обозначение проблемы, её описание – это 50 процентов решения. Возможно, это ничего не решит, но меня лично это успокаивает.

- Верите ли вы в жизнь после смерти?
- Не могу верить в то, чего не знаю. Я не знаю, что там дальше будет. Есть многочисленные теории, что душа бессмертна, тело смертно, что можно обессмертить себя в потомстве или своих произведениях.
Но мне ближе позиция французского философа Владимира Янкелевича. В книге с простым названием «Смерть» (которая читается без всякой специальной гуманитарной подготовки) он описывает два подхода. Либо смерть есть полное ничто, и дальше ничего нет. Либо есть некая жизнь потом, даже если физическая оболочка умирает. Но ни тот, ни другой подход не объясняют ничего, не противоречат друг другу.

- Говорят, что когда человек умирает, вес тела меняется.
- В прошлом веке провели эксперимент на шести случаях, и только в одном вес умирающего после смерти изменился на тот самый 41 грамм (считается, столько весит душа). Это многим понравилось и дальше использовалось.

- Есть ли у вас какие-то страхи, учитывая вашу смелую специальность?
- Есть, конечно. Я темноты боюсь. Спокойно останусь одна в морге даже вечером, а в квартире нет - оставляю зажжённый свет. И страх смерти есть.

- Каких врачей вы сами выбираете, что в них цените?
- Врачей выбираю тех, кто слушает. У нас есть друг и по совместительству семейный врач. Он гомеопат, но может посоветовать не только сахарные шарики, но и традиционные схемы лечения. Переключается из режима друга в режим врача, и я чувствую это воздействие: «Всё будет хорошо, ты поправишься...»

Считаю, что у пациента всегда должен быть выбор. Он должен заранее эти решения принять и обозначить. Или передать право выбора родным и близким на случай бессознательного состояния. Выбор должен заключаться в том, что кому-то поможет таблетка, кому-то ампутация, а кому-то уринотерапия. И этот спектр нельзя сужать.

- Что вы думаете о профессиональной деформации врачей?
- Это превращение в робота, когда врач не видит историю пациента, а только показатели анализов, инструментальные исследования, диагноз.
Моя профдеформация – я постоянно думаю, читаю, смотрю фильмы о смерти. Не люблю комедии. Мне кажется, что искусство должно шарахать по голове, и ты должен оставаться с ощущением катарсиса. Для меня именно в этом заключается искусство.

- Верите ли вы в психосоматику и в то, что человек может сам внушить себе болезни?
- Верю, но это не единственный путь к болезни. Вильгельм Райх рулит! (психоаналитик, ученик Фрейда. – Ред.).

Татьяна Калинина
Фото Ирины Косолаповой и Алексея Ульянова
Посмотреть запись встречи можно в группе Герценка. 16+

Что почитать? Список книг от Ольги Фатеевой

- Популярная медицина
Ольга Крумкач «Всё о ней. Бережная гинекология».
Фёдор Катасонов «Федиатрия. Что делать, если у вас ребёнок».

- Записки врача
Все книги Алексея Моторова про медбрата Паровозова.
Дженнифер Уорф «Вызовите акушерку» (есть сериал ВВС, 18+), «Посреди жизни».

- Больше чем записки
Александр Стесин «Нью-йоркский обход», «Африканская книга».
Джон Бёрджер «Счастливый человек. История сельского доктора».

- Медицина + философия
Сьюзен Сонтаг «Болезнь как метафора».
Мишель Фуко «Рождение клиники».

- Книги о науке
Трёхтомник «История тела» от французских антропологов и историков культуры.
Хайдер Варрайч «Современная смерть. Как медицина изменила уход из жизни».

- На границе науки и рефлексии
Оливия Лэнг «Тело каждого. Книга о свободе».

- Автофикшн о болеющем и слабом теле
Лидия Гинзбург «Записки блокадного человека».
Анна Старобинец «Посмотри на него».
Эрве Гибер «Цитомегаловирус. Больничный дневник».
Дерек Джармен «Современная природа».
Анни Эрно «Событие».
Малин Кивеля «Сердце».

- Художественная литература
Дэниел Мейсон «Зимний солдат».
Абрахам Вергезе «Рассечение Стоуна».
Марике Лукас Рейневелд «Мрачные сумерки детства».
Аудур Ава Олафсдоттир «Человеческое животное».

Литературный медицинский канон
Книги Михаила Булгакова, Антона Чехова, Викентия Вересаева.
Николай Пирогов «Крымская война. Записки военного хирурга».
Александр Солженицын «Раковый корпус».
Андрей Ломачинский «Вынос мозга».

Сомерсет Моэм «Узорный покров».
Томас Манн «Волшебная гора».
Альбер Камю «Чума».
Джулиан Барнс «Портрет мужчины в красном».
Адам Кей «Будет больно».
Генри Марш «Не навреди».
Ричард Шепперд «Неестественные причины».
Джошуа Мезрич «Когда смерть становится жизнью».
16+

Теги: 

Картинка для анонса: Array

Детальное описание: Ольга Фатеева – судмедэксперт и писатель

Недавно в Кирове побывала автор нашумевшей книги «Скоропостижка». Пригласил Ольгу Театр на Спасской, предваряя премьеру «Записок юного врача» по Булгакову 16+.

На встрече в Герценке она прочитала лекцию «Счастливые люди. Книги о врачах, пациентах и теле, которые вы могли пропустить». Название – в честь книги Джона Бёрджера «Счастливый человек».

Ольга Фатеева училась на филфаке МГУ, окончила медвуз, литературные курсы. И первая же её книга «Скоропостижка» в жанре нон-фикшн попала в шорт-лист премии «Здравомыслие» в 2020 г. Ольга выступает на различных ютуб-площадках, на портале «Такие дела» в проекте «Спроси и сохрани», на очереди - подкаст «Простые смертные».

Она напомнила об изданиях, что относят к литературному медицинскому канону, и составила список книг, которые произвели на неё большое впечатление и могут быть интересны и полезны другим (см. ниже). А ещё ответила на вопросы читателей.

- Ольга, на искусство вы тоже смотрите с позиции судмедэксперта? Например, «Иван Грозный убивает своего сына» - тупая травма головы…

- Я в первую очередь обращаю внимание на то, что меня увлекает: на характер героя, созданную историю, атмосферу. Тогда я не копаюсь в вопросах достоверности, судмедэксперт выключается.
Как только я не верю героям, происходящему в книге или на экране, эксперт во мне включается автоматически. Я начинаю думать, что так не бывает. Любимый пример - сериал «След» (18+). Недавно на мероприятии, посвящённом детективам, встречалась с Александрой Марининой и Евгенией Кретовой, юристом, криминалистом. Они тоже сказали: так не бывает в принципе.
Другой пример - трёхтомник Марининой «Оборванные нити». Мне он кажется скучным с точки зрения истории, но написано с соблюдением достоверности и деталей работы судмедэксперта.

Я с удовольствие читаю про Шерлока Холмса, обожаю Мисс Марпл и отца Брауна. Совершенно не задумываюсь, что там очень мало пригодных для суда доказательств и выводы сыщиков основаны на минимальных деталях, из которых можно составить противоположную историю. Британский сериал «Шерлок», который далёк от реальности с медицинской и криминалистической точек зрения, тоже любила смотреть. И герой, и актёр прекрасны (16+).

Что касается моих любимых произведений – это все варианты «Плясок смерти», бесконечный ряд для рассматривания и интерпретации. Люблю работы современных фотографов Лауры Макабреску, Дэвида Войнаровича, про которого пишет в своих книгах Оливия Лэнг, серию «Морг» Андреса Серрано.

- Есть ли у вас любимые фильмы про врачей?
- Нет специального интереса, чтобы смотреть фильмы про врачей. Вспоминается «Морфий», но это больше, чем история врача. Я поздно познакомилась с творчеством Алексея Балабанова. Собиралась делать работы по «Брату» и посмотрела практически всё, что снял режиссёр. 18+ Вполне себе эмоционально воздействует, может растрогать.

- Когда человек в критической ситуации, вокруг хаос, он боится за себя или близких, стоит ему читать о жизни, смерти, болезни? Или отложить такие книги, чтобы не усугублять невротичность?
- Универсального совета нет, такие книги могут сыграть в две противоположные стороны. А со своим состоянием нужно по возможности разбираться со специалистом, не забывать о фармакологии.
Лично я буду читать, погружаться в это. Моя стратегия: дохожу до дна, потом всплываю - не могу по-другому. У меня подход, который называю филологическим: обозначение проблемы, её описание – это 50 процентов решения. Возможно, это ничего не решит, но меня лично это успокаивает.

- Верите ли вы в жизнь после смерти?
- Не могу верить в то, чего не знаю. Я не знаю, что там дальше будет. Есть многочисленные теории, что душа бессмертна, тело смертно, что можно обессмертить себя в потомстве или своих произведениях.
Но мне ближе позиция французского философа Владимира Янкелевича. В книге с простым названием «Смерть» (которая читается без всякой специальной гуманитарной подготовки) он описывает два подхода. Либо смерть есть полное ничто, и дальше ничего нет. Либо есть некая жизнь потом, даже если физическая оболочка умирает. Но ни тот, ни другой подход не объясняют ничего, не противоречат друг другу.

- Говорят, что когда человек умирает, вес тела меняется.
- В прошлом веке провели эксперимент на шести случаях, и только в одном вес умирающего после смерти изменился на тот самый 41 грамм (считается, столько весит душа). Это многим понравилось и дальше использовалось.

- Есть ли у вас какие-то страхи, учитывая вашу смелую специальность?
- Есть, конечно. Я темноты боюсь. Спокойно останусь одна в морге даже вечером, а в квартире нет - оставляю зажжённый свет. И страх смерти есть.

- Каких врачей вы сами выбираете, что в них цените?
- Врачей выбираю тех, кто слушает. У нас есть друг и по совместительству семейный врач. Он гомеопат, но может посоветовать не только сахарные шарики, но и традиционные схемы лечения. Переключается из режима друга в режим врача, и я чувствую это воздействие: «Всё будет хорошо, ты поправишься...»

Считаю, что у пациента всегда должен быть выбор. Он должен заранее эти решения принять и обозначить. Или передать право выбора родным и близким на случай бессознательного состояния. Выбор должен заключаться в том, что кому-то поможет таблетка, кому-то ампутация, а кому-то уринотерапия. И этот спектр нельзя сужать.

- Что вы думаете о профессиональной деформации врачей?
- Это превращение в робота, когда врач не видит историю пациента, а только показатели анализов, инструментальные исследования, диагноз.
Моя профдеформация – я постоянно думаю, читаю, смотрю фильмы о смерти. Не люблю комедии. Мне кажется, что искусство должно шарахать по голове, и ты должен оставаться с ощущением катарсиса. Для меня именно в этом заключается искусство.

- Верите ли вы в психосоматику и в то, что человек может сам внушить себе болезни?
- Верю, но это не единственный путь к болезни. Вильгельм Райх рулит! (психоаналитик, ученик Фрейда. – Ред.).

Татьяна Калинина
Фото Ирины Косолаповой и Алексея Ульянова
Посмотреть запись встречи можно в группе Герценка. 16+

Что почитать? Список книг от Ольги Фатеевой

- Популярная медицина
Ольга Крумкач «Всё о ней. Бережная гинекология».
Фёдор Катасонов «Федиатрия. Что делать, если у вас ребёнок».

- Записки врача
Все книги Алексея Моторова про медбрата Паровозова.
Дженнифер Уорф «Вызовите акушерку» (есть сериал ВВС, 18+), «Посреди жизни».

- Больше чем записки
Александр Стесин «Нью-йоркский обход», «Африканская книга».
Джон Бёрджер «Счастливый человек. История сельского доктора».

- Медицина + философия
Сьюзен Сонтаг «Болезнь как метафора».
Мишель Фуко «Рождение клиники».

- Книги о науке
Трёхтомник «История тела» от французских антропологов и историков культуры.
Хайдер Варрайч «Современная смерть. Как медицина изменила уход из жизни».

- На границе науки и рефлексии
Оливия Лэнг «Тело каждого. Книга о свободе».

- Автофикшн о болеющем и слабом теле
Лидия Гинзбург «Записки блокадного человека».
Анна Старобинец «Посмотри на него».
Эрве Гибер «Цитомегаловирус. Больничный дневник».
Дерек Джармен «Современная природа».
Анни Эрно «Событие».
Малин Кивеля «Сердце».

- Художественная литература
Дэниел Мейсон «Зимний солдат».
Абрахам Вергезе «Рассечение Стоуна».
Марике Лукас Рейневелд «Мрачные сумерки детства».
Аудур Ава Олафсдоттир «Человеческое животное».

Литературный медицинский канон
Книги Михаила Булгакова, Антона Чехова, Викентия Вересаева.
Николай Пирогов «Крымская война. Записки военного хирурга».
Александр Солженицын «Раковый корпус».
Андрей Ломачинский «Вынос мозга».

Сомерсет Моэм «Узорный покров».
Томас Манн «Волшебная гора».
Альбер Камю «Чума».
Джулиан Барнс «Портрет мужчины в красном».
Адам Кей «Будет больно».
Генри Марш «Не навреди».
Ричард Шепперд «Неестественные причины».
Джошуа Мезрич «Когда смерть становится жизнью».
16+

Детальная картинка: Array

Количество показов: 1509